Деньги и технологии: осень больших правил

Сентябрь в России начался с цифрового рубля, а закончится законом о платформенной экономике. Между этими двумя датами — месяц, за который рынок успел и пересчитать деньги, и переписать правила.

С 1 сентября 2026 года началось массовое внедрение цифрового рубля. Первыми обязанность получили крупные игроки: торговые компании — клиенты крупнейших банков с выручкой за прошлый год свыше 120 млн рублей.

Дальше по графику:

• с 1 сентября 2027 года — банки с универсальной лицензией и их клиенты с выручкой свыше 30 млн рублей;
• с 1 сентября 2028 года — остальные банки и продавцы;
• торговые точки с выручкой менее 5 млн рублей в год обязанности не получают вовсе.

Напомним, что старт переносили с 2025 года, и Банк России объяснял это не технологией, а желанием понять, какие сервисы окажутся востребованными. В марте Эльвира Набиуллина подтвердила сентябрьскую дату.

1 октября вступает в силу 289-ФЗ — первый закон, который устанавливает общие правила для маркетплейсов и селлеров: кто за что отвечает, как можно менять условия и что допустимо в алгоритмах и скидках.

Самое заметное — конец скидкам за счет продавца. Раньше платформа могла запустить акцию и снизить цену из кармана селлера. С октября так нельзя: на любую скидку нужно прямое согласие, а предупредить о планируемом снижении цены платформа обязана минимум за пять рабочих дней.

Кроме этого закон вводит требования к содержанию договоров между платформой и партнерами и регламентирует процедуры споров — например, при блокировке карточки товара или снижении рейтинга.
Для самих платформ это означает работу, которую снаружи не видно: переписать договоры с партнерами, встроить в интерфейс механику согласия на скидку, завести регламент рассмотрения споров и научиться уведомлять продавца заранее. Витрина остается прежней — меняется все, что за ней.

Главный сюжет года на глобальном рынке — концентрация. В первом полугодии 2026 года венчурные вложения в финтех выросли почти на 23% год к году, а число сделок упало более чем на четверть. Инвесторы делают меньше ставок, но каждая весит больше, и почти все — про искусственный интеллект и финансовую инфраструктуру.
Разрыв между двумя цифрами — деньги растут, сделок меньше — говорит о простом: раннюю стадию финансировать стало труднее. Капитал уходит к тем, у кого уже есть выручка и работающая инфраструктура, а не идея и презентация.

В Европе картина спокойнее: 9,2 млрд долларов в 386 сделках за полугодие против 8,7 млрд в 393 сделках годом ранее. Средний чек — 23,8 млн. Если темп сохранится, год закроется на 18,4 млрд, то есть плюс 18% к 2025-му. Больше половины денег, 58%, принесли сделки крупнее 100 млн.

Для тех, кто строит финансовый продукт, вывод простой: денег на рынке больше, но достаются они реже. Тем дороже становится каждый месяц до запуска. Собственная разработка банковского сервиса — это год и своя команда, через готовую платформу вроде Apibank продукт выходит за недели.

Первая неделя сентября после отпускного затишья принесла 1,36 млрд долларов в 12 сделках.

• Платформа управления благосостоянием FNZ привлекла 450 млн.
• Джакартская инвестплатформа Ajaib закрыла раунд C на 270 млн.
• Félix, который делает переводы между США и Латинской Америкой прямо в WhatsApp, получил 200 млн.
• TabaPay привлек 155 млн и покупает Transact Bank.
• Индийский цифровой банк Slice и платформа безопасности ИИ HiddenLayer — по 100 млн.
• Дальше по списку: страховая платформа Corgi (40,7 млн), Guardio (40 млн), Apate.AI (8,15 млн) и бразильская Open Finance-инфраструктура Pluggy (3,5 млн).

Embedded finance перестал быть словом из презентаций и стал предметом сделок. FIS запустила платформу встроенного банкинга для американских банков. CSI купила Qolo, чтобы расширить предложение в том же направлении. Покупка Transact Bank платформой TabaPay — из этой же логики: инфраструктуру теперь выгоднее купить, чем ждать.

Логика у всех сделок одна: строить платежную инфраструктуру с нуля дорого и долго, а купить работающую — быстрее, чем догонять. Рынок дошел до стадии, когда проще приобрести кусок стека, чем повторить его самостоятельно.

Любопытная деталь из опросов: 80% финтех-компаний называют регуляторный комплаенс важным условием успеха встроенных финансов. Еще пару лет назад в таких списках первыми шли скорость и продукт.

96% руководителей финтех-рынка уже применяют искусственный интеллект в разработке ПО, а ИИ-агенты в 2026 году зашли во внешние сервисы, антифрод и внутренние процессы.

Вместе с агентами пришли расходы. Российские компании начали объединяться в консорциумы, чтобы делить между собой стоимость суперкомпьютеров, лицензий на модели и команд data-сайентистов — поодиночке это тянут немногие. А 25% финтех-компаний собираются заметно наращивать вложения в кибербезопасность самого ИИ в следующие год-два.

Инвесторы читают тренд так же. HiddenLayer защищает корпоративные ИИ-приложения, Apate.AI ловит мошенников разговорными агентами, Guardio закрывает пользователей от скама, сгенерированного нейросетями. Три раунда за одну неделю — и все про то, что ИИ надо не только внедрять, но и охранять.

Показательная деталь: на стратегической сессии Ассоциации ФинТех больше пятидесяти руководителей финансовых организаций не слушали доклады про искусственный интеллект, а собирали собственных ИИ-агентов. Формат сменился с «расскажите нам» на «покажите, как».

Самым быстрорастущим сегментом российского рынка оказались переводы: плюс 40,55%. Двигали его трансграничные сервисы и альтернативные способы платежей — то есть ровно та область, где привычные каналы работают хуже всего, и бизнес ищет обходные пути.

Спрос здесь растет не от удобства, а от необходимости. Такой спрос обычно устойчивее: от него не отказываются, когда заканчивается новизна.

Таким был сентябрь. Октябрь начнется с 289-ФЗ — он вступает в силу первого числа, — а где-то внутри месяца ВТБ проведет отложенную допэмиссию под сделку с Wildberries-Russ. Посмотрим, что из этого выйдет.